ВС напомнил, что суды могут принимать меры для защиты от недобросовестного поведения стороны

Верховный Суд указал, что в случае отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения суд может принять меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц

Одна из экспертов «АГ» обратила внимание, что практика взыскания долгов с наследников достаточно обширна, как и практика взыскания страховых выплат после смерти заемщика, при этом в судах первой и апелляционной инстанций чаще всего выигрывают банки и кредитные организации, а потом ВС РФ возвращает дело на новое рассмотрение. Другой заметил, что нижестоящие суды не приняли во внимание информацию о том, что полученный в наследство кредит был застрахован.

Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 18-КГ20-109-К4, в котором напомнил судам о возможности принять меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

25 ноября 2013 г. между ПАО «Сбербанк России» и Виктором Мамоновым был заключен кредитный договор, по которому заемщик получил 585 тыс. руб. сроком на 60 месяцев с уплатой 22,5% годовых. Так как обязательства по возврату кредита исполнялись ненадлежащим образом, перед банком образовалась задолженность.

25 декабря 2017 г. заемщик умер, его наследниками по закону стали мать Ольга Мамонова и дочь Виктория Мамонова. Женщины приняли наследство в виде 2/3 двухкомнатной квартиры и автомобиль марки «IVECO».

В дальнейшем банк обратился в Темрюкский районный суд Краснодарского края с иском к наследникам, в котором просил расторгнуть кредитный договор и взыскать с ответчиков в солидарном порядке задолженность в размере 480 тыс. руб. Удовлетворяя иск, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 809–811, 819, 1175 ГК, пришел к выводу о том, что задолженность подлежит взысканию и что она не превышает стоимости перешедшего к наследникам имущества наследодателя. Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с такими выводами.

Ольга Мамонова обратилась в Верховный Суд с кассационной жалобой, которую тот нашел обоснованной. Судебная коллегия по гражданским делам ВС обратила внимание, что в ходе судебного заседания суда первой инстанции 14 марта 2019 г. кассатор ссылалась на то, что одновременно с заключением кредитного договора Виктор Мамонов заключил договор страхования жизни и здоровья в соответствии с Условиями участия в Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков ОАО «Сбербанк России», что подтверждается имеющимся в деле заявлением от 25 ноября 2013 г.

«Обстоятельства заключения заемщиком договора личного страхования, его условия, права и обязанности сторон, а также действия Банка и ответчиков по его исполнению судом в качестве подлежащих установлению определены не были, истцу и ответчикам не предлагалось представить дополнительные доказательства, подтверждающие изложенные обстоятельства», – заметил ВС.

Суд сослался на п. 3 Постановления Пленума от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении», а также на ч. 2 ст. 56 и ч. 1 ст. 57 ГПК и указал, что выяснение указанных обстоятельств имеет значение для дела, поскольку в случае установления факта присоединения Виктора Мамонова к Программе коллективного добровольного страхования жизни и здоровья заемщиков Банка суду надлежало проверить действия участвующих в деле лиц на соответствие их условиям договора личного страхования, а также на предмет добросовестности осуществления гражданских прав.

ВС заметил, что добросовестность предполагает учет прав и законных интересов другой стороны и оказание ей содействия, а в случае отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может принять меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

«При этом оказание содействия другой стороне, в том числе в получении необходимой информации, является ожидаемым от лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность по отношению к потребителю услуг», – подчеркивается в определении, которым Верховный Суд отменил решения нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.

В комментарии «АГ» юрист ООО «Центр практических консультаций» в г. Москве Оксана Труфанова указала, что Верховным Судом были установлены нарушения норм ч. 2 ст. 12 ГПК РФ. По сути, суды первой и апелляционной инстанций проигнорировали обстоятельства, имеющие юридическое значение для рассмотрения дела по существу, когда не исследовали приобщенное ответчиком заявление страхования жизни и здоровья, а также не содействовали истребованию договора страхования у банка и, видимо, не привлекли страховую компанию в качестве заинтересованного лица. «Трудно судить о заявленных ответчиком ходатайствах, не видя материалы дела, но предполагаю, что было так. Однако я также вижу, что ответчик не заявил о применении норм ст. 196 ГПК РФ – общий срок взыскания составляет всего три года. На сегодняшний момент он истек, и в суде первой инстанции ответчику необходимо будет заявить об этом», – заметила она.

Оксана Труфанова рассказала, что практика взыскания долгов с наследников достаточно обширна, как и практика взыскания страховых выплат после смерти заемщика. При этом в судах первой и апелляционной инстанций чаще всего выигрывают банки и кредитные организации, а потом ВС РФ чаще всего возвращает дела на новое рассмотрение.

Юрист напомнила, что Постановление Пленума ВС РФ № 9 от 29 мая 2012 г. разъясняет, что ответственность по долгам наследодателя несут все, кто принял наследство, также она отметила наиболее значимые определения Суда по этому вопросу: № 14-КГ18-59 от 12 марта 2019 г., которое касается непринятого наследства и, соответственно, кредита, № 5-КГ17-79 от 20 июня 2017 г., которое касается обязательства по уплате процентов за пользование денежными средствами: проценты продолжают начисляться и после открытия наследства, а проценты, являющиеся мерой ответственности за неисполнение денежного обязательства, не начисляются за время, необходимое для принятия наследства.

Юрист практики разрешения споров юридической фирмы «Интеллектуальный капитал» Мария Сучкова указала, что нижестоящие суды сделали вывод о возложении обязанности погасить задолженность на наследников, не исследовав обстоятельства наличия страховки по кредитам, условий договора страхования и его исполнения сторонами. «Если договор не застрахован, то платить по кредиту действительно придется наследникам. Однако в материалах дела имеется информация о том, что данный кредит был застрахован. Тем не менее суды не приняли это во внимание», – подчеркнула она.
Марина Нагорная, Новая адвокатская газета